e-mail дПНАМЕП

Выберите раздел :

10 20 30 40 50 60 70 80 90 100 110 120 130 140 150 160 170 180 190 200 210 220 230 240 250 260 270 280

***

Писатель Виталий Губарев осуществил мечту расстрелянного Мейерхольда и написал пьесу о Павлике Морозове. Стараниями автора пьеса была выдвинута на Сталинскую премию. В день, когда должны были огласить список лауреатов, композитор Богословский устроил банкет и пригласил Губарева. Гости сели за стол, включили радио. Раз дался голос Левитана Список лауреатов первой степени... список лауреатов второй степени... третьей... и наконец - "...драматургу Виталию Губареву за пьесу "Павлик Морозов"... ни хрена!" Гости оторопели, а когда поняли, что источником розыгрыша был редкий в те годы магнитофон, - расхохотались. Розыгрыш весело обмыли.

***

В начале восьмидесятых годов академик Михаил Бронштейн, живущий в Эстонии, собрался в Венгрию. Друзья попросили привезти селедки, и - о чудо! - около вокзала торговали селедкой. Академик торопился на поезд и поэтому впервые в жизни пошел без очереди - как ветеран Великой Отечественной. Народ, в основном эстонцы, вяло потеснился. Но один пожилой эстонец заявил:
- Я тоже ветеран!
- Идите и вы без очереди, - любезно предложил академик.
- У меня такого права нет: я воевал с другой стороны.
- Так что же вы так плохо воевали?! Теперь не взыщите.

***

Шаляпин пришел к художнику Коровину и говорит:
- Мне сегодня выступать перед конными матросами. Скажи мне, ради бога, что такое конные матросы? - Не знаю, что такое конные матросы, но уезжать надо!

***

Если радио и телевидение известны нам не столь давно, то с электрическими явлениями был знаком еще питекантроп, который с ужасом наблюдал удары молнии. Потребовались тысячелетия, пока человек сумел приручить эту силу. И на этом пути случалось немало курьезов. Борис Рябикин, собрал предлагаемые ниже анекдоты, - дипломированный инженер-электрик, читал курс общей электротехники в столичных вузах, автор книги "Рассказы об электричестве".

В начале нашего столетия судили человека который, чтобы не платить за электричество, умышленно испортил счетчик. Долго эксперт объяснял судье, что такое киловатт-час. Наконец судья не выдержал и воскликнул:
- Скажите попросту: больше это или меньше фунта?

Уже в наши дни во время посещения научного городка один известный писатель был весьма удивлен. Не атомной станцией, не мощным синхрофазотроном...
- Подумать только: здесь живет так много людей - и все они знают закон Ома!

Подключая аппаратуру к клеммам, преподаватель предложил ассистенту определить напряжение на ощупь.
- Но ведь меня просто дернет - и все!
- Да, но если тут 127 вольт, то вы отскочите и чертыхнетесь. А если 220, выражения будут покрепче.
Выходя из лаборатории, ассистент заметил:
- Вчера встретил соседа... Наверное, он попал под шесть тысяч.

На экзамене профессор спрашивает студента:
- Что такое электричество?
- Я знал, хорошо знал, только сейчас забыл!
- Постарайтесь вспомнить. Это крайне важно: я сам не знаю
толком, что это такое.

Летом 1753 года в петербургских газетах было помещено объявление М.В. Ломоносова. В нем обещалась награда в "сто червонных" тому, кто объяснит "подлинную электрической силы причину и составит точную ее теорию".
По имеющимся данным, премия до сих пор осталась невостребованной.

В конце прошлого века судили двоих горожан, самовольно присоединившихся к чужой электросети.
Адвокат, чтобы оправдать электроворов, пустился во все тяжкие:
- Природа электричества неизвестна... Чтобы была совершена кража, должен существовать конкретный ее объект. Например, провода, лампочки, аккумуляторы. Но разве можно украсть запах, воздух или звук?

Известного немецкого историка Теодора Моммзена, человека консервативного, предпочитавшего работать при свете керосиновой лампы, жена безуспешно пыталась уговорить провести электричество. Наконец она сделала это в отсутствие мужа.
- Зачем? Я все равно буду работать со своей лампой!
- Хорошо! Но ты вечно ищешь спички в темноте. Теперь же ты включишь свет и сразу их найдешь.
- А ведь правильно, - заметил ученый серьезно. - Теперь мне ясно, что электричество может быть полезным и дома.

***

Бывший балетмейстер Большого театра Ной Иванович Авальяни долгие годы собирал разные курьезные вырезки из газет.
А надобно сказать, что, начиная с конца двадцатых годов, началось повальное увлечение переменами имен, отчеств и фамилий. Все сообщения о такого рода переименованиях в обязательном порядке публиковались в газетах.
И вот, среди переименований Шереметевых в Ивановых, а Долгоруких в Нечитайло Ною Ивановичу попалось объявление какого-то шутника, которое он любезно вырезал и приобщил к своей коллекции:
"Евлампий Феофилактович Говно меняет имя на Иван".

***

На одном из концертов Михаил Гаркави объявляет номер:
- Выступает ксилофонист Макс Масловский.
Из-за кулис трагический шепот:
- Чувак, лажа, я палочки забыл!
Пауза.
- Впервые в мире, только у нас, ксилофонист выступает... без палочек!

***

Будучи уже знаменитейшим артистом, Федор Иванович Шаляпин как-то согласился выступить в любительском спектакле в Мамонтовке. Разумеется, по такому случаю был дан банкет в честь великого певца.
Федор Иванович, подвыпив, стал весьма настойчиво атаковать одну молодую даму. Пошли уже в ход и руки.
- Как вы можете! - возмутилась дама. - Такой известный артист, а такие вольности допускаете!.. - Позвольте, - сказал Шаляпин. - Коли известный артист, так только за Сарой Бернар ухаживать? Да ей, милая, поди девяносто стукнуло.

***

А однажды тому же академику Виноградову позвонили из КГБ.
- Иван Матвеевич, сотрудник вашего института Шафаревич совсем не тот, за кого себя выдает.
- Извините, - сухо сказал академик, - но вы ошибаетесь. Мы проверяли, он белорус.
И с этими словами академик Виноградов положил трубку. Но через минуту снова раздался звонок из той же организации:
- Товарищ академик, - строго предупредили дважды Героя социалистического труда, - не бросайте трубку. Вы нас не поняли. Мы раскрыли его истинное политическое лицо!
- Я же вам сказал, - раздраженно сказал Виноградов, - что он белорус.
И снова бросил трубку. Но все-таки в КГБ работали настойчивые люди, и с третьего раза академик наконец узнал, что математик Шафаревич опубликовал за границей жутко антисоветскую статью. - А! - радостно закричал Виноградов. - Так это же не по моей части!

***

Рассказывают, что директор Математического института, академик Виноградов был патологическим антисемитом.
И вот как-то раз начальник отдела кадров принес ему личное дело на нового сотрудника.
- Что-то мне его физиономия не нравится, - недовольно сказал академик.
- Что вы, Иван Матвеевич, - испугался кадровик. - И отец, и мать русские, три раза проверяли. - Ну, дед или бабка, значит... - Да нет, Иван Матвеевич! - настаивал кадровик. - И все равно, - упрямо сказал академик, - физиономия подозрительная. Подумал и добавил:
- Видно, фотограф был еврей.

***

В Переделкино выпивали поэт Александр Твардовский и драматург Исидор Шток.
Прозвучал вопрос, который частенько возникает в таких ситуациях.
- Вот скажи, за что вы все-таки нашего Христа распяли? - допытывался весьма нетрезвый Твардовский.
Драматург, хотя тоже был нетрезв, неожиданно быстро нашелся:
- Обстановка была такая, Александр Трифонович.
- Ну, раз обстановка...


Выберите раздел :